Рубрики СПб

Военная служба барона Карла Густава Эмиля Маннергейма в России началась в августе 1887 года, несмотря на неодобрение семьи, жившей в Финляндии. Зная, какое мнение о России бытует на его родине, в своём ироническом прощальном письме родным он назвал себя «изменник Густав».

Меньше всего внимания уделено в нашей мемуарной литературе пристанищу одного из «самонужнейших» работников Петербурга. Дворник в России был долгое время чем-то вроде «генерала с другой стороны», как выражался гоголевский Осип в «Ревизоре», и о том есть множество свидетельств, в том числе официальных.

Адрес этого дома: Московский проспект, дом № 151. Его ещё называют «дом-пряник» или «русский пряник». Не из-за архитектуры, а благодаря существовавшей тут в советские годы булочной-кондитерской «Русский пряник».

Главный штаб — достаточно условное понятие. В Санкт-Петербурге так традиционно называют огромную светло-жёлтую полудугу напротив Зимнего дворца. Сие есть правильно, однако это два независимых здания, которые долгое время вообще были никак не связаны, хотя и соединены визуально аркой.

Разумеется, после освобождения Ленинграда от блокады среди первоочередных задач было восстановление разрушенного города. Наследство здесь война оставила горькое — 3174 уничтоженных здания, разрушенных — 7143. Только жилых площадей было потеряно около пяти миллионов квадратных метров.

Только в Царском Селе, небольшом городке, где на протяжении столетий располагалась любимая летняя резиденция российских императоров, могла возникнуть школа с античным названием «Лицей».

Императорский Петербург был городом больших возможностей. При трудолюбии, предприимчивости и удаче здесь могли добиться успеха даже выходцы из дальних краёв, не имевшие ни связей, ни российских корней. Так, начав с нуля, сделал карьеру швед Юхан Петтер Лидваль, ставший придворным портным. По-настоящему же прославил эту фамилию уже его сын, архитектор Фёдор (Фредерик) Лидваль, чьи постройки признаны эталоном петербургского модерна.

В 2018 году исполняется ровно 50 лет с даты вступления Сергея Довлатова в Союз Журналистов, и неровно 42 года с момента его исключения из Союза. Много кто куда вступает, а исключают — только избранных.